Смещая окно дозволенного
Ультраправая «Альтернатива для Германии» снова бьет рекорды на региональных выборах. Ее противники подают иск о запрете партии, и шансы добиться этого — ненулевые
Пока в прошедшее воскресенье внимание мировых СМИ было приковано к Израилю и Палестине, на выборах в региональные парламенты в двух немецких землях рекордные для себя результаты демонстрировала ультраправая партия «Альтернатива для Германии» (АДГ). За полтора года войны в Украине рейтинг АДГ в экономически успешных Баварии и Гессене вырос в 1,5 раза, что дало партии возможность получить 14,6% и 18,4% голосов соответственно. Сейчас у АДГ уже больше региональных депутатов, чем у двух из трех партий, входящих в текущее правительство.
После вторжения Кремля в Украину, в связи с явной пророссийской риторикой АДГ, с новой силой стал обсуждаться запрет «Альтернативы» на законодательном уровне. Тем более что после катастрофы первой половины XX века возможность запретить партию, угрожающую демократическому конституционному порядку, была закреплена в Германии на уровне Основного закона.
Насколько высока угроза АДГ для немецкой политической системы и какие основания есть для запрета партии — разбирался политолог, обозреватель международной и европейской политики «Новая газета Европа» Денис Левен.
«Мы имеем дело с партией, которая серьезно угрожает нашему свободному демократическому основному порядку и государству в целом»,
На этом фоне недовольных правящей коалицией стало больше, что и привело к стремительному росту АДГ. Как уже писала «Новая-Европа», успех европейских ультраправых вызван не столько распространением правых взглядов, сколько общим разочарованием в системных политических силах на фоне кризисных явлений в экономике, энергетике и миграции. АДГ в этом плане не исключение. Электорат АДГ расширился именно за счет тех, кто сильнее всего пострадал от скачка цен на электричество и потребительские товары после начала войны в Украине.
Особенно это актуально для Восточной Германии — еще со времен социалистического блока она больше зависела от поставок газа и нефти из России. Там же находились основные нефте- и газоперерабатывающие мощности и соответствующие промышленные предприятия. Наконец, именно туда шел «Северный поток-1» — газовая труба из России. Поэтому к энергетическому кризису 2022 года оказались особенно чувствительны именно жители этих территорий. Здесь же — в регионах, которые входили в ГДР, — АДГ традиционно пользуется наибольшей популярностью: поддержка партии в Бранденбурге — 32%, в Тюрингии — 32%, в Мекленбурге — Передней Померании — 32%, в Саксонии — 33,4%.
Однако популярность АДГ растет во всех без исключения регионах страны. Например, если в Баварии рейтинг партии в начале 2022 года составлял 9,5%, то к октябрю 2023-го он увеличился до 14%. В некоторых землях поддержка АДГ усилилась больше чем в два раза: в Гамбурге — с 5% до 13%, в Северном Рейне — Вестфалии — с 8,4% до 18%.
Поражение Третьего рейха Вайдель обозначила как «поражение собственной страны». Еще несколько лет назад, считает Юсупов, такие высказывания стоили бы немецкому политику карьеры.
В заключении Кельнского административного суда говорится, что существуют «достаточные признаки антиконституционных целей внутри АДГ».
Это значит, что, войдя в региональные правительства, АДГ сможет влиять на позиции земель в Бундесрате на голосовании по важнейшим законопроектам. И если в только что переживших выборы Баварии и Гессене АДГ могут и не войти в правящие коалиции, то в Тюрингии, Бранденбурге и Саксонии, где выборы состоятся в следующем году, рейтинг партии сейчас составляет выше 30%, а значит, сформировать правящую коалицию без АДГ будет очень сложно. «Это позволит АДГ брать федеральную политику в заложники», — считает Юсупов.
Например, в августе правительство подготовило реформу иммиграционной системы и системы получения немецкого гражданства. Этот законопроект существенно облегчает процесс легализации и натурализации в Германии для приезжих, что противоречит анти-иммигрантской позиции АДГ. Принятие закона в парламенте запланировано на первую половину 2024 года. Если к этому времени АДГ будет иметь достаточно влияния, она, скорее всего, попытается заблокировать законопроект.
Наконец, приход АДГ к власти в случае ее успеха на следующих федеральных выборах ставит под угрозу и внешнюю политику Германии — особенно в отношении войны в Украине. АДГ предсказуемо выступает против военных поставок в Украину и, предположительно, поддерживает контакты с российской стороной.
Брандмауэр не работает
В августе 2023 года на выборах мэра в тюрингском городе Зоннеберг против кандидата от АДГ объединились и партии из правящей коалиции, и оппозиционные ХДС, и левые — то есть все крупные общегерманские партии. Но, несмотря на это, кандидат от АДГ победил. Такая же ситуация наблюдалась и в городке Рагун-Йесниц в земле Саксония-Ангальт месяцем ранее. Именно так АДГ получила два первых в своей истории мэрских поста. Партии удалось противопоставить себя всей остальной политической арене. По мнению старшего приглашенного научного сотрудника Немецкого фонда Маршалла в Берлине Маркуса Цинера, причина в том, что АДГ успешно создает образ единственной оппозиционной партии.
По задумке такая стратегия должна не дать АДГ реализовать свои политические цели и помочь забрать ее электорат — именно так «стена» сдерживает «пожар».
Три условия запрета
Германия — одна из первых стран в послевоенной Европе, где был представлен юридический механизм по запрету политических партий, отмечает Артём Клыга, руководитель юридической практики «Дубравский Консалтинг». Соответствующая статья вошла в Основной закон ФРГ (аналог конституции) в 1949 году. В соответствии с ним партии, которые стремятся «подорвать или упразднить основной свободный демократический порядок или поставить под угрозу существование Федеративной Республики Германия», могут быть признаны неконституционными и запрещены.
Правда, возможен и более мягкий вариант:
если партия не «стремится» (то есть не предпринимает конкретные шаги), а только «ориентирована» на подрыв конституционного порядка, суд может лишить ее государственного финансирования.
Аргументы в пользу запрета АДГ
В докладе Института прав человека приведены доводы в поддержку каждого из условий для запрета партии.
- Наличие целей уничтожения свободного демократического конституционного порядка.
Программа 2017 года содержит следующее высказывание: «Партия видит большую опасность для государства, нашего общества и системы ценностей в распространении ислама и наличии более 5 миллионов мусульман, число которых постоянно растет». Кроме того, в концепции социальной политики указывается на то, что АДГ привержена принципам социальной поддержки и солидарности с «нашим народом». Из других программных документов партии следует, что под «нашим народом» подразумеваются этнические немцы. Таким образом, положения содержат признаки расизма, а значит, противоречат конституционному строю Германии.
- Конкретные шаги для достижения целей.
Подчеркивается частое использование слова «Umvolkung» — нацистского термина, который использовался в Третьем рейхе для обозначения восстановления «немецкости» этнических немцев на восточных оккупированных территориях. АДГ использует этот термин для указания на проблему «дегерманизации», то есть потери немецкой идентичности из-за неконтролируемой иммиграции.
- Успех в достижении целей.
В отношении этого критерия приводятся свидетельства электоральных успехов партии в ландтагах. Правда, это не противоречит немецким законам и не говорит о достижении целей: АДГ пока не выдвинула ни одного законопроекта, который мог бы быть рассмотрен. Кстати, именно это не удалось доказать в случае с делом Национал-демократической партии Германии в 2017 году.
Кроме того, даже если иск будет подан, до заключения по делу суд дойдет не скоро. Кейс Национал-демократической партии Германии рассматривался в суде почти шесть лет и не привел к положительному вердикту.
