Слежка, экстрадиция и давление на родственников
Что известно о российских репрессиях за рубежом — главное из доклада спецдокладчицы ООН Марианы Кацаровой
Спецдокладчица ООН по вопросу о положении в области прав человека в Российской Федерации Мариана Кацарова выпустила доклад о российских транснациональных репрессиях и пришла к выводу, что после 2022 года власти РФ резко расширили преследование своих критиков за рубежом. Работа представлена к 63-й сессии Совета ООН по правам человека.
Автор доклада призывает другие государства жестче проверять российские запросы, защищать эмигрантов, не допускать выдачи людей при риске преследования, а Интерпол и финансовые организации — не следовать автоматически российским репрессивным решениям.
Главные выводы из работы Кацаровой — в материале «Новой газеты Европа».
«Репрессивные законы, направленные на цензуру и подавление критиков и оппонентов в Российской Федерации, всё чаще используются для преследования критиков и нейтрализации оппозиции за рубежом. Положения об «иностранных агентах» и «нежелательных организациях», а также «законы о военной цензуре» («дискредитация вооруженных сил» и «фейковые новости» об армии) превратились в систему массовой стигматизации, налагающую широкие профессиональные, финансовые и социальные ограничения», — пишет Кацарова.
Выдача людей России
Доклад подробно разбирает случаи, когда российские власти пытаются вернуть эмигрантов через международные механизмы.
Кацарова обращает особое внимание на страны СНГ и Центральной Азии. Внутри системы межгосударственного розыска СНГ человека можно задержать по российскому запросу без той проверки на политическую мотивацию, которая хотя бы формально предусмотрена Интерполом. В системе участвуют, среди прочих, Армения, Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан.
Например, в феврале 2026 года Казахстан выдворил в Россию IT-специалиста Александра Качуркина после административных обвинений в курении в помещении и переходе улицы в неположенном месте. Уже в России его арестовали по делу о госизмене из-за предполагаемых пожертвований Украине.
Некоторые случаи автор доклада характеризует как потенциально равнозначные похищению: например, историю дезертира Семена Бажукова в Казахстане, Дмитрия Сетракова в Армении и антивоенного активиста Алексея Рожкова в Кыргызстане.
В докладе подчеркивается, что примерно половина связанных с Россией дел, которые в 2024 году рассмотрел надзорный орган Интерпола, были признаны не соответствующими уставу организации.
При этом Россия может формально не заводить политическое дело, а обвинять человека, например, в мошенничестве, терроризме, оружии или вымогательстве. Именно поэтому автор доклада отдельно обращает внимание на трудность отличить обычный международный уголовный розыск от политически мотивированного.
«Российские спецслужбы выделяют значительные ресурсы на слежку за россиянами, украинцами и другими иностранными гражданами за рубежом, используя агентурную разведку, завербованных оперативников, внедрение в эмигрантские и активистские круги, а также техническое и цифровое наблюдение», — рассказывает Кацарова, напоминая историю сотрудника разведки Пабло Гонсалеса, выдававшего себя за испанского журналиста и проникшего в российские оппозиционные круги в Германии.
Причем, добавляет автор доклада, власти также запугивают остающихся в России родственников в качестве способа принудить к молчанию тех, кто находится за границей, или склонить их к возвращению в Российскую Федерацию, где им грозят заключение и пытки.
