«Со спецназом на бабушек»

Жители дома № 40 на улице Пискунова в Иркутске, которых судебные приставы начали со спецназом выселять из квартир, записали видеообращение к Владимиру Путину и председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину. Собственники добиваются сохранения здания, признанного самовольной постройкой: по решению суда они должны освободить жилье и снести многоэтажку за свой счет.

Обращение зачитала юрист Елена Миленина, которая защищает собственников квартир в судах. Она назвала решение о сносе дома незаконным. По ее словам, когда иск подавали, компания-застройщик еще существовала, поэтому требовать сноса следовало от нее, а не от покупателей квартир.

Как отмечает Миленина, часть жильцов уже выселили, а другие, на которых решение суда не распространяется, остаются в доме.

В разговоре с «Ветром» Миленина уточнила, что к вечеру 10 ноября требования приставов к ресурсоснабжающим организациям отозвали. Электричество и отопление в здании снова доступны.

Как происходило выселение

Вечером 2 ноября приставы вручили собственникам требования освободить квартиры до 5 ноября. В тот же день в доме также отключили холодную воду и электричество, однако жильцы самостоятельно восстановили подачу света, рассказывал «ИрСити» собственник Александр Петров: «Мы, правда, залезли на подстанцию и сами в нахаловку включили свет».

Принудительное выселение началось утром 6 ноября. В тот день к дому приехали приставы, спецназ, полиция, спасатели и медики. Люди в форме сначала стучали, представлялись и просили открыть двери. Если двери не открывали, их вскрывали, затем заходили в квартиры и описывали имущество. Как рассказывал IRK.ru, приставы освободили шесть квартир: собственник одной съехал добровольно, двери остальных пяти вскрыли. В трех квартирах никого не было, в двух находились люди. Пожилой хозяйке одной из квартир потребовалась медицинская помощь. После описи имущества двери опечатали и заварили.

Как сказала Миленина «Ветру»,

Двое из выселенных, по словам Милениной, некоторое время находились в школьном спортзале, затем их перевезли в учреждение для пожилых людей. Как утверждает юрист, им предоставили места на семь дней. Жильцы, в свою очередь, предложили разместить их в свободных квартирах в том же доме, чтобы они могли дождаться судебных решений.

Действия приставов юрист считает грубыми и нарушающими права жильцов: «Идти со спецназом на бабушек и людей с инвалидностью. При этом, когда дом строился, они почему-то не нашли возможности сходить к ним [застройщикам] со спецназом», — говорит Миленина.

По словам юриста, в доме сейчас остаются около 30 человек, среди них дети, пожилые люди и люди с инвалидностью.

«17 лет своей жизни я живу в страхе»

Собственница квартиры в доме на Пискунова, 40 Алла Евдокимова рассказала «Ветру», что ей и ее дочери уже два года ограничен выезд из России. По ее словам, запрет отображается на «Госуслугах»:

«Приставы объяснили запрет исполнительным производством: по решению суда мы обязаны снести дом за свой счет. Это примерно три миллиона за самую маленькую квартиру», — говорит она.

Евдокимовой и ее дочери принадлежала однокомнатная квартира площадью 37 квадратных метров. Другого жилья, по ее словам, у них не было. Свидетельство о собственности они получили в 2013 году.

Семье предоставили 4,3 млн рублей на приобретение другого жилья, хотя прежнюю квартиру, по словам Евдокимовой, на тот момент оценивали в 5,8 млн рублей. «Компенсацию предоставили не деньгами: надо было найти продавца, который будет ждать перечисление денег в течение месяца как нуждающимся в жилье», — объясняет она.

По словам Евдокимовой, семью выселили из квартиры, как только предоставили выплату, однако ответственность снести дом никто не снимал.

«Мне 59 лет, и 17 лет своей жизни я живу в страхе. Чиновников, бравших взятки у застройщика, осудили, но почему-то суды считают, что мы должны ответить за их действия, а не власть», — говорит она.

Почему дом оказался под сносом

Дом на улице Пискунова, 40 начала строить в 2008 году компания «МетРоссо» предпринимателя Евгения Кузнецова. Строительство сопровождалось судебными спорами: мэрия добивалась его остановки, однако компания возвела 11-этажное здание. В 2013 году администрация заключила с застройщиком мировое соглашение, после которого покупатели смогли оформить права собственности.

Как объясняет Миленина «Ветру», судебное определение, которым утвердили соглашение, затем использовали для оформления технического паспорта и постановки недвижимости на кадастровый учет. При этом, по ее словам, полного комплекта необходимых документов не было. Квартиры начали продавать, и почти вся недвижимость была распродана. Некоторые люди приобретали квартиры в ипотеку, а банки одобряли сделки.

 — говорит Миленина.

Позже выяснилось, что строительство было незаконным и сопровождалось коррупционными схемами: так, бывший начальник юридического отдела земельного департамента КУМИ Иркутска Станислав Галашин, по версии следствия, получил от застройщика девять квартир за содействие компании. В марте 2024 года его приговорили к 8,5 года колонии строгого режима и штрафу около 39 млн рублей по делу о взятке.

За взятку осудили и бывшую начальницу Октябрьского отдела судебных приставов Марину Сутормину. Суд установил, что в 2008–2011 годах она не исполняла судебный запрет на строительство в обмен на две квартиры. Первый приговор отменили. При повторном рассмотрении дела в июне 2026 года Суторминой назначили восемь лет колонии общего режима.

Судьбу самого здания также решали в судах. В 2019 году Октябрьский районный суд признал дом самовольной постройкой и опасным для проживания и обязал 92 собственников снести его за свой счет. В 2023 году суд постановил выселить жильцов без предоставления других квартир. В апреле 2024-го это решение подтвердил кассационный суд.

Город предложил деньги на другое жилье части собственников, прежде всего тем, у кого нет другой квартиры. Выплаты рассчитывали по 118 тысяч рублей за квадратный метр, но не больше пяти миллионов рублей. По словам начальницы департамента жилищной политики Елены Пешковой, 18 семей (среди них собеседница «Ветра» Алла Евдокимова. — Прим. ред.) получили в общей сложности 72,6 млн рублей. Тем, у кого нет другого жилья, власти предлагают временное размещение.

Городские выплаты, по мнению Милениной, не покрывают потерь собственников: «Многие даже трех миллионов не получили. [На покупку] жилья в Иркутске однозначно не хватит. Те люди, которые покупали, добавляли свои средства либо ипотечные. Обязательства по сносу в этом случае тоже никто не снимает. А по сносу — это как минимум три миллиона с каждого», — сказала юрист «Ветру».

Приставы объясняют выселение тем, что исполняют решение суда. В ФССП заявили, что обследование выявило угрозу для жизни и здоровья людей, поэтому ведомство добивается освобождения здания.

Вместо сноса — реконструкция

Собственники продолжают бороться за сохранение дома: они проводили пикеты и отмечали, что независимые экспертизы показали нецелесообразность сноса здания. Они просят устранить нарушения и реконструировать его вместо того, чтобы сносить. Ближайшие рассмотрения дела в суде по этому поводу, по словам Милениной, назначены на 18 и 20 ноября.

Миленина в разговоре с «Ветром» также настаивает, что «дом работоспособен». Стоимость реконструкции юрист оценивает в 108 млн рублей. Снос вместе с возмещением убытков жильцам, по ее расчетам, может обойтись примерно в 1,5 млрд рублей.

«Для бюджета это, естественно, выгодно, — говорит она о реконструкции. — Вопрос возникает: а почему вдруг вместо диалога настолько упорно они продолжали свои действия по выселению?»

Миленина считает, что шанс добиться сохранения дома остается: «Ну, если такой перспективы не было, я бы не бралась», — сказала она.

Автор: Наталья Грачёва