Из чужих колодцев
В романе Александра Иличевского обнаружили плагиат, и теперь издательство уничтожит тираж книги. Что подвигло лауреата «Русского Букера» брать чужие тексты?
Издательство «Альпина. Проза» объявило, что собирается уничтожить весь бумажный тираж романа Александра Иличевского «7 октября» (или «7/10»), в котором был обнаружен плагиат. Изменения в электронную версию также будут внесены немедленно. Этим издательство поставило точку в скандальной истории, разгоревшейся в течение последних двух недель. Но остается открытым вопрос: почему известный писатель (лауреат «Русского Букера» и дважды лауреат «Большой книги». — Прим. ред.) решился на плагиат? Дело не только в самом авторе, но и в сложившемся способе производства культурного контента на русском языке.
В августе прошлого года израильская журналистка Алла Гаврилова узнала, что в новом романе Иличевского о трагедии седьмого октября 2023 года содержится примерно три страницы текста, без изменений заимствованного из ее репортажа, написанного в Газе. Последовали извинения автора и заверения, что он уберет текст из романа или поставит ссылку. В начале января 2025 года Алла Гаврилова открыла книгу и увидела, что ничего этого автор не сделал. Лишь добавил в конец книги благодарность Алле Гавриловой: «Без ее репортажей книга была бы неполной», но не указал, как именно и где именно он использовал эти репортажи. Всё прочее осталось как есть: отрывок из репортажа не убрали, и он по-прежнему не был никак отмечен, сливаясь с остальным текстом романа.
Алла Гаврилова написала пост, в котором рассказала о ситуации и поделилась со своими читателями чувствами по этому поводу.
После этого читатели обнаружили, что в романе содержатся столь же непосредственные заимствования из текстов покойного писателя Владимира Мурзина. Они остались бы незамеченными, если бы не история с репортажами Гавриловой.
Интернет бурлил. Одни стыдили писателя и делали предположения о том, что могло подвигнуть его на прямые заимствования, другие выступили в защиту Иличевского. Сам писатель реагировал сдержанно: покаянных слез не лил, извинения принес лишь частично.
Ситуацией заинтересовалась «Медуза», и в романе отыскались еще пять страниц из Андрея Платонова и некоторое количество старых текстов самого Иличевского.
Наконец, шестнадцатого января «Альпина. Проза» своим решением поставила в споре точку. Плагиат будет убран из электронных версий, а бумажные пойдут под нож.
При четкости и внятности юридического кейса остается, однако, нераскрытым самое интересное. В начале сентября, еще при первом обмене репликами, Алла Гаврилова задала Иличевскому вопрос: зачем? Иличевский на её вопрос не ответил. Зададимся им сейчас:
по какой причине и с какими целями известный писатель, лауреат премий, автор множества изданных книг, решился выпустить книгу, в которой на 167 страниц 14,5 — плагиата?
Но главное — лестная репутация известного писателя и гарантия, что следующую книжку тоже возьмут, а читатель, который «вас уже знает», по инерции купит и продолжит потреблять «культурный контент».
Кто пишет, по какому поводу, где издается, — знаком чего является культурный продукт, — и раньше было важнее, чем его содержание, а теперь и подавно.
В таких условиях особенно хорошо и воочию видно: справедливость не восторжествует. Если ты не известный и не узнаваемый сейчас — тебя всё равно что нет. Никакое качество контента не спасет тебя от полной безвестности. Никто не откроет тебя «потом». Никакого «потом» нет. На фоне информационного шума и бушующих насущных эмоций тебя не заметят сейчас и забудут навеки.
Но если ты прокричал и прогремел сейчас, у тебя есть хотя бы эти пятнадцать минут славы.
Всё это окончательно уничтожает всякое понятие о добрых нравах в культуре. Помню недавний скандал с Гельманом и Сорокиным. Художник Евгений Никитин в сотрудничестве с искусственным интеллектом создал композиции к роману Сорокина «Голубое сало», а Гельман и Сорокин не упомянули его имени ни на открытии выставки, ни на этикетках к работам. Разгорелся большой скандал. Те, кто оправдывал Гельмана и Сорокина, говорили: вы, Никитин, ноунейм, и вас будут помнить только потому…
Ровно этот же заход использовали и оправдывающие Иличевского. «Если ваш труд кто-то и вспомнит через несколько десятилетий, то только благодаря комментариям Иличевского», — написал Глеб Морев, правда, быстро стер этот комментарий, но остались скрины.
Этот заход потому так и злит, что в нём есть очевидная доля циничного реализма. В наши дни и в наших обстоятельствах, если жертвуешь чем-то сиюминутным во имя своих ценностей, нужно быть готовым к тому, что воздаяние получишь только на том свете.
Вот почему А. И. в полном сознании решил украсить свой текст куском из чужой статьи, дополнить Мурзиным и заполировать чуть измененным Платоновым.
Нужно реагировать быстро. И нужен объем текста, чтобы хватило на книжку. И нужен откуда-то живой голос реальности, а сам в той реальности не бывал. И еще нужен некий род лирического транса, чтобы описывать пустыню, причем ту самую, которая в Газе, а не другую; а транс по заказу не приходит. Вот и возникает искушение почерпнуть из чужих колодцев.
А если остановишься и замолчишь, выпадешь из обоймы и тоже станешь «ноунеймом». Или так кажется.
